О ДУШЕВНОЙ ЖИЗНИ ЧЕЛОВЕКА 11 страница

Однако ныне наступило время, когда это другое исполнило свою задачу ожидания, когда оно должно быть опять найдено как сумма знаний о природе. Александр должен был сначала эти тайны природы, в сущности, захоронить там в Азии, ибо только их трупы были перенесены в Европу. Однако не эти тру­пы должны быть гальванизированы, а древнее живое должно быть сегодня снова найдено. Необходимое для этого вдохнове­ние будет в существенном получено только тогда, когда будет наличествовать некое теплое ощущение того, что было на пово­роте времен, и когда разовьют живое чувство того, что внешне выглядело всего лишь как завоевательные войны, походов Алек О ДУШЕВНОЙ ЖИЗНИ ЧЕЛОВЕКА 11 страница­сандра, но которые были направлены на то, чтобы к одной сто­роне розы ветров отыскать другую, чтобы к тому, что могло быть лишь одной половиной земли, найти другую половину. И это было всецело также и исканиями личного переживания. Это личное переживание состояло в том, что имелась определенная внутренняя неудовлетворенность и неуютность в среде лишь влажнохолодного и влажнотеплого, и это должно было допол­ниться другим ощущением.

Какое, в самом значительном смысле, огромное историческое значение это имело в развитии всего запада, я разъясню потом в лекциях, которые буду читать перед собранием делегатов об ок­культной основе исторической жизни человека на Земле.

I. Тайна О ДУШЕВНОЙ ЖИЗНИ ЧЕЛОВЕКА 11 страница растений

Я смотрю на цветы;

Свое родство с бытием Луны открывают они;

Они теперь покорены Землей, ибо они — водорожденные.

II. Тайна металлов

Я размышляю над металлами;

Свое родство с планетами открывают очи;

Они покорены Землей, ибо они — воздухорожденные.

III. Тайна человека

Я переживаю тайны зодиакального круга в многообразии людей;

Родство этого многообразия людей с неподвижными звездами стоит перед моей душой;

Ибо люди живут в этом многообразии земнопокоренными; они являются теплорожденными.


Двенадцатая лекция

21 декабря 1923 г.

Мистерии самофракийских кабиров

В течение последних недель я говорил тут о различных обли­ках Мистерий. Мы предприняли особую попытку проникнуть взо­ром в те Мистерии, которые в качестве последних великих О ДУШЕВНОЙ ЖИЗНИ ЧЕЛОВЕКА 11 страница Мис­терий непосредственно связывали человеческое внутреннее с бы­тием природы, с духом природного бытия. Это были Мистерии Гибернии. И мы увидели, как благодаря наблюдению в самом человеке, наблюдению, которое было, однако, совершенно интимно духовной природы, даже индивидуальной, личной природы, гре­ческие Мистерии проникали во внутреннее человека. Можно уже сказать: как во внешней природе разнообразнейшие области Зем­ли дают ту или иную растительность, так и в течение развития человечества в самых разных местах Земли проявляются разнообразнейшие влияния со стороны духовного мира на людей.



Перейдя к Востоку, что в исторической связи мы сделаем в последующие дни, мы нашли бы О ДУШЕВНОЙ ЖИЗНИ ЧЕЛОВЕКА 11 страница другое в обликах Мистерий. Однако я имею сегодня — поскольку еще не все слушатели собра­лись s прибавить нечто к тому, что уже было рассмотрено, чтобы затем начать нечто новое.

Можно сказать: когда смотрят назад на человеческое разви­тие, тогда перед имагинативным сознанием со всем ясностью выступает трехчленное развитие. Я говорю: со всей ясностью пе­ред имагинативным сознанием, ибо если эпохи, о которых пой­дет речь, распространить дальше назад в более ранние времена, а также и вперед в будущее, то, конечно, получим куда большее число эпох, чем три. Однако сегодня рассмотрим с определенной точки зрения эти серединные стадии развития человечества О ДУШЕВНОЙ ЖИЗНИ ЧЕЛОВЕКА 11 страница, вы­ступающие со всей ясностью именно перед имагинацией, а не перед инспирацией.

Вплоть до египетского периода для человечества, для созна­ния того времени, как африканско-европейских народов, так и азиатских народов, совершенно не существовало того, что сегод­ня называют веществами.

Для сознания человечества не существовало даже внешних грубых веществ, не говоря уже о таких абстракциях, которые мы сегодня обозначаем как углерод, водород, серу и т. д. Этих вещей не существовало, а все то, что расстилалось во внешней природе, непосредственно рассматривалось как тело божественно-духовных сущностей, открывающихся через всю природу. Ныне мы идем в горы, ступаем по камням, берем их в руки, видя О ДУШЕВНОЙ ЖИЗНИ ЧЕЛОВЕКА 11 страница в них некую безучастную субстанцию. В наше сознание совершенно не входит то, что входило в сознание древнего египтянина, древнего чело­века Востока.

Не правда ли, ныне, рассматривая человеческий палец, мы не считаем его чем-то безразличным. Мы рассматриваем его как не­что, относящееся ко всему человеческому организму. И глядя, например, на указательный палец человека, мы можем только сказать: это есть часть единого организма.

Так это было в древнем Египте и у древних людей Востока. Когда они ступали по какому-нибудь камню, поднимали какой-нибудь камень, то для них это был не безразличный камень, как теперь для нас; для них О ДУШЕВНОЙ ЖИЗНИ ЧЕЛОВЕКА 11 страница это было не вообще обыкновенной земной субстанцией, а частью божественного тела, каковым им представлялась Земля. И так, как мы теперь в своем сознании относимся к коже человека, так же древние относились ко внеш­ней поверхности Земли. Когда мы подходим ныне к каком-либо человеку и благодаря особым обстоятельствам перед нашим со­знанием выступает то, то он нам напоминает другого человека, знакомого нам, который, быть может, теперь не находится тут, тогда нам непосредственно приходит в сознание: у этих двоих имеется одна плоть и кровь, они определенным образом едины телесно. А когда древний грек или человек древнего Востока поднимал взор к О ДУШЕВНОЙ ЖИЗНИ ЧЕЛОВЕКА 11 страница Марсу, Юпитеру, Сатурну, а затем обращал к Земле, тогда в этой Земле он видел в первую очередь божествен­ное тело Бога Земли, и в то же время в этой Земле он видел сестру или брата других планет, кружившихся вокруг Земли — Юпитера, Марса, Сатурна.

И, таким образом, у древних было нечто совершенно душев­но-духовное в ощущении всего Космоса и в ощущении Земли, как некой части этого Космоса. И вы в вашем внутреннем долж­ны по-настоящему глубоко представить, что это означало для душ совершенно иное по сравнению с тем, что человек ощущает сегод­ня. Это уже кое О ДУШЕВНОЙ ЖИЗНИ ЧЕЛОВЕКА 11 страница-что значит, видеть в Земле божественное тело, сестринский член тела всех других планет мировой системы. Ибо наполненной Богами представлялась древним Вселенная. И на­полненной Богами для них была не только вся Земля: Богами был наполнен для них каждый отдельный член великого плане­тарного мирового тела этих планетарных сущностей. В камне и дереве, в реке и скалах, в облаках и молнии открывались какие-либо духовно-божественные существа. Это сознание было пробуж­дено в широких кругах земного населения, и это сознание углуб­лялось в разнообразных обликах Мистерий, находившихся тут и там на Земле.

И когда в греческом существе мы подходим к тому времени О ДУШЕВНОЙ ЖИЗНИ ЧЕЛОВЕКА 11 страница когда внешнеполитическое величие Греции закатилось в некий род хаоса народов и взошло македонское существо, и тогда мы нахо­дим, как в самом деле что-то тогда влилось в человеческое знание, в человеческое познание, о чем мы в прошлый раз познакомились здесь в форме аристотелизма, что мы познали как то, что Алек­сандр Великий в духовном смысле сделал задачей своего народа. Когда мы приходим к македонскому существу, которое, с одной стороны, является кульминационным пунктом Греции, а с другой стороны, упадком Греции, то мы видим, в противоположность тому, что предлагает нам внешняя история, которая, собственно, в дей­ствительности является легендой истории О ДУШЕВНОЙ ЖИЗНИ ЧЕЛОВЕКА 11 страница, — в подосновах созна­ния именно глубоких Духов, импульс, исходивший из тех Мисте­рий, к которым очень близко стоял Аристотель, хотя внешне он никогда не говорил об этом. Это были те Мистерии, которые в глубочайшем смысле со всей жизненностью будили в своих слуша­телях сознание, что весь мир является теогонией, становлением Богов, что мир видят совершенно иллюзорным образом, если ве­рят, что что-либо иное развивается в мире кроме Богов. Это Боги представляют собой сущностное мира; это Боги имеют пережива­ния в этом мире; это Боги совершают действия. И то, что видят как облака, что слышат как О ДУШЕВНОЙ ЖИЗНИ ЧЕЛОВЕКА 11 страница гром, что воспринимают как молнии, что на Земле воспринимают как реку и горы, что на Земле воспри­нимают в минеральном царстве, s это все есть откровения, выра­жения судьбы Богов, сокрытых за ними. И также и то, что внешне является в облаке, в молнии и громе, в дереве и лесе, в реке и горе, является ни чем иным, как бытием Богов, которые пребывают повсюду, открываясь таким образом, как кожа человека выявляет внутреннее душевное человека. А если Боги являются повсюду, тогда следует различать — так учили учеников Мистерий в север­ной Греции — малых Богов, являющихся отдельными существами природы и ее процессов О ДУШЕВНОЙ ЖИЗНИ ЧЕЛОВЕКА 11 страница, и великих Богов, проявляющихся как сущность Солнца, Марса, Меркурия и некоего четвертого, которо­го нельзя сделать внешне видимым, представляя посредством об­раза или какой-либо формы. Это были великие Боги, великие Боги планет, те великие Боги планет, к которым обращались так, что взор человека направлялся в пространство мира, причем не только его глаз, но и сердце должно было видеть то, что жило в Солнце, Марсе, Меркурии, но что, однако, живет не только в этом малень­ком кругу в пространстве мира, а живет всюду в пространстве мира, и что прежде всего подступает к человеку. И затем, после того, как сначала О ДУШЕВНОЙ ЖИЗНИ ЧЕЛОВЕКА 11 страница в ученике северо-греческих Мистерий был пробужден, мог бы я сказать, величественный импульс тем, что его взор направляли на самые сферы планет, затем его взор столь человечески углуб­лялся, что глаз в определенной мере охватывался сердцем, чтобы видеть душевно. Тогда ученик понимал, почему на алтарь перед ним ставили три символически оформленных кувшина.

Однажды мы применили имитацию этих кувшинов в одном эвритмическом представлении из «Фауста»; и такими, какими они выглядели тогда, такими и были эти кувшины в самофра­кийских северо-греческих Мистериях. Однако, существенным было то, что с этими кувшинами во всей их символической форме со­вершалось священнодействие, жертвенное действие. В этих кув О ДУШЕВНОЙ ЖИЗНИ ЧЕЛОВЕКА 11 страница­шинах совершали некий род священного воскурения, совершали сожжение, дым клубился наружу, и в клубящийся дым соверша­ющий службу отец с мантрической силой изрекал три слова, о которых мы еще скажем завтра утром, и из этих дымящихся кувшинов появлялись фигуры трех Кабиров, Они появлялись благодаря тому, что человеческое дыхание, выдыхание формиро­валось благодаря мантрическому слову и передавало свою форму клубящейся, вздымающейся субстанции, добавленной в симво­лические кувшины. И в то время, как ученик таким образом учил­ся читать в своем собственном дыхании, вдохе и выдохе, в то время как он учился читать то, что вписывало его дыхание в О ДУШЕВНОЙ ЖИЗНИ ЧЕЛОВЕКА 11 страница дым, тогда одновременно он учился читать, что говорили ему исполненные тайн планеты изнутри далекой Вселенной. Ибо те­перь он знал: как один из Кабиров образовался благодаря мант­рическому слову и его силе, таким же образом был образован в действительности Меркурий; как образовался второй Кабир, так же было в действительности и с Марсом; как образовался третий Кабир, так же было в действительности и с Аполлоном, Солнцем.

И когда смотрят на те, словно из журнала мод, фигуры — извините, что я выражаюсь радикально — которые, к сожале­нию, большей частью ведь можно видеть в галереях из поздне­греческой пластики, и которые весьма почитаются, потому что О ДУШЕВНОЙ ЖИЗНИ ЧЕЛОВЕКА 11 страница не имеется никакого представления о том, откуда они произош­ли, когда эти фигуры из журнала мод некоего Аполлона, некоего Марса, некоего Меркурия рассматривают гетевским взором, тем взором, который Гёте применял во время своего итальянского путешествия, чтобы посредством этих фигур из журнала мод по­лучить представление о том, чем было, собственно, греческое ис­кусство в иных произведениях, которые погибли вместе со мно­гим, что в первых столетиях после основания христианства было подвергнуто страшному опустошению — когда определенным об­разом прозревают сквозь эти позднегреческие пластические фи­гуры, с одной стороны, они по праву, считаются великими, поскольку они служили здесь О ДУШЕВНОЙ ЖИЗНИ ЧЕЛОВЕКА 11 страница ориентирами, а с другой — неспра­ведливо считать их великими, ибо они являются лишь подража­нием более раннему. Когда оглядываются назад на то, откуда они возникли, то видят, как в древнее греческое время воссоздава­лись жертвенные откровения, в ранние времена намного более величественные, великолепные, чем позднее в Самофракии при Мистериях Кабиров. Оглядываясь назад, мы видим времена, ког­да мантрическое слово произносилось в жертвенный дым и появ­лялось настоящие образы Аполлона, Марса, Меркурия.

Это были времена, в которых человек не говорил абстрактно: В начале был Логос, и Логос был у Бога, и Бог был Логос, — это были времена, когда человек мог говорить нечто О ДУШЕВНОЙ ЖИЗНИ ЧЕЛОВЕКА 11 страница совсем другое; тогда человек мог сказать: Во мне формируется выдох, и когда выдох образуется регулярным образом, он оказывается отраже­нием космического творения, ибо из жертвенного дыма он созда­ет формы, являющиеся для меня живыми письменами, которые открывают мне то, что хотят мне сказать планетарные миры.

И когда ученик Мистерий Кабиров Самофракии подступал к вратам тех мест посвящения, тогда в нем благодаря обучению возникало чувство: Да, теперь я вступаю в то, что закрывало мне магические действия жертвующего отца, совершающего таинства. Ибо «отцом» называли совершающего службу инициатора (по­священного) этих Мистерий. И что же открывала ученику маги­ческая сила этих совершающих службу О ДУШЕВНОЙ ЖИЗНИ ЧЕЛОВЕКА 11 страница Отцов? Через то, что Боги вложили в человека, через силу речи, вписывал Жрец — маг и мудрец в жертвенный дым те письмена, которые высказывали тайны Вселенной.

Поэтому и говорил ученик, приближаясь к вратам, в своем сердце: Я вступаю в то, что закрывало мне могучего Духа, что закрывало мне великих Богов, тех великих Богов, которые на Земле через жертвенные действия людей открывают тайны Все­ленной. Это была речь, которую там говорили, и письмена, кото­рыми там писали, которыми, поистине, охватывали не только разум человека, но и всего человека. И в самофракийских Мисте­риях еще было кое-что из того знания, которое О ДУШЕВНОЙ ЖИЗНИ ЧЕЛОВЕКА 11 страница ныне совершенно истлело. Человек ныне, ведь, является весьма могучим, чтобы высказывать истину о том, каким является наощупь кристалл кварца, кусок железа, кусок антимония, каковы на ощупь воло­сы, человеческая кожа, животная шерсть, шелк, бархат; это че­ловек может сегодня охватить своим чувством. В самофракийс­ких Мистериях еще наличествовало нечто, благодаря чему чело­век в согласии с истиной мог сказать, каковы на ощупь Боги. Ибо чувство, осязание было еще одарено тем, чем оно обладало в совершенстве в древности: ощущением духовного осязания Богов. И удивительным является, собственно, следующее: ведь нужно признать, вернувшись в древние времена, когда прямо-таки мог­ли говорить О ДУШЕВНОЙ ЖИЗНИ ЧЕЛОВЕКА 11 страница то, что люди могут сказать в согласии с истиной: Я познаю через кончики моих пальцев, каковы Боги на ощупь. Однако, в этих самофракийских Мистериях имело место другое искусство осязания Богов, оно заключалось в следующем:

Когда жреческий маг произносил слова в жертвенный дым, заставляя в то же время слово звучать в выдохе и разговаривая, s он имел в исходящем дыхании чувство, которое человек ощуща­ет, когда он протягивает ощупываемую руку. И как знают, что кончиками пальцев постоянно ощупывают различными способа­ми, и трогая материю, ощупывая бархат, ощупывая шелк, ощу­пывая кошачью шерсть, ощупывая человеческую кожу, так са­мофракийский магический О ДУШЕВНОЙ ЖИЗНИ ЧЕЛОВЕКА 11 страница священник ощущал в отношении вы­дыхаемого воздуха; и он ощущал выдох, которому он давал ис­пускаться в жертвенный дым, как продолжение чего-то, что ис­ходило из него самого: он ощущал выдох как некий орган осяза­ния, который шел к дыму. Он ощущал дым. И в этом дыме он ощущал идущих к нему навстречу великих Богов, Кабиров; он чувствовал в том, как формировался дым и как формы, которые образовались тут, шли извне к выдыханию, так что это выдыха­ние ощущало: тут — выпуклое, тут — угловатость, тут — что-то хватает меня. Вся божественная фигура Кабира этим осязалась в Слове, одетом выдохом О ДУШЕВНОЙ ЖИЗНИ ЧЕЛОВЕКА 11 страница. Речью, которая шла из сердца, осязал самофракийский мудрец нисходящих к нему через дым жертвы Кабиров, называвшихся великими Богами. И это являлось неким живым взаимодействием между Логосом в человеке и Логосом во вне, в далях мира.

И в то время, как посвящающий Отец приводил ученика к жертвенному алтарю и постепенно научал, как можно ощущать речью, в то время, как ученик все дальше продвигался вперед и привыкал к этому ощущению речи — приходил наконец ученик к той стадии внутреннего переживания, в котором он прежде все­го имел ясное сознание того, как сформированы Меркурий, Гер­мес, как сформирован Аполлон, как сформированы Арес О ДУШЕВНОЙ ЖИЗНИ ЧЕЛОВЕКА 11 страница, Марс. И было так, как если бы все сознание человека было вынесено из его тела, как если бы то, что ученик прежде знал как содержимое своей головы, находилось наверху над его головой, как если бы сердце было локализовано на новом месте, проникая в то же вре­мя из груди в голову. И тогда в этом действительно вышедшем из себя человеке возникало то, что внутренне оформилось в слова: «Таким хотят тебя Кабиры, великие Боги». И с этих пор ученик знал, как в нем жил Меркурий в его конечностях, Солнце — в его сердце, Марс — в его речи.

Видите ли, совсем не только О ДУШЕВНОЙ ЖИЗНИ ЧЕЛОВЕКА 11 страница природные явления и существа во внешнем мире показывались ученикам в древние времена. То что проводилось перед ними, не было бы односторонне натурали­стическим, ни односторонне моральным, но было тем, в чем мо­раль и природа сливались воедино. И это именно и было тайной самофракийского мира, что ученик опосредованно получал со­знание: природа есть Дух, Дух есть природа.

От тех времен, нашедших последний отзвук в самофракийс­кой службе Кабиров, происходит прозрение, которое земные суб­станции связывают со всем Небом. В древние времена при виде красно-коричневого минерала с блеском меди, при виде нашей теперешней меди, нельзя было сказать то, что О ДУШЕВНОЙ ЖИЗНИ ЧЕЛОВЕКА 11 страница говорят сегодня: Это — медь, это есть составная часть Земли, ибо тогда не могли мыслить так. Для древних медь была не составной частью Земли, а действием Венеры в Земле, что выражало себя всюду как медь. Земля имеет только такие породы, как песчаник, содержащий известь, чтобы в их недрах воспринимать то, что Небо пересажи­вает на Землю. И как нельзя ныне, засевая землю семенами рас­тений, говорить: эти семена выросли из Земли, так же невозмож­но было тогда, глядя на поверхность Земли и на медную руду в земле, говорить: эта медная руда является составной частью Зем­ли. Вот что должно О ДУШЕВНОЙ ЖИЗНИ ЧЕЛОВЕКА 11 страница было быть сказано: земля с ее песчаником и другими породами является почвой; то же, что содержится в ней металлического, посажено в нее какой-либо планетой. Это семя, посаженное в Землю планетой. Все то, что таким образом было на Земле, видели как бы импульсированным в Землю с Неба.

Когда сегодня имеют перед собой Землю и изучают субстан­ции Земли, тогда все описывают так — посмотрите какую-нибудь книгу по минералогии, по геологии, — как описывается Земля. Так в древней науке не описывали. Тогда взор блуждал над Зем­лей; но в то же время видя субстанции, поднимали взор к небу, и в небе О ДУШЕВНОЙ ЖИЗНИ ЧЕЛОВЕКА 11 страница видели сущность субстанций. Только по видимости лежат медь, цинк, свинец в Земле. В действительности же они являют­ся семенами, которые были посажены в земное бытие небом во время древнего солнечного и лунного времени.

Таким было еще учение Кабиров в самофракийских Мистери­ях. Это было в конце концов уже тем, что воздействовало на Ари­стотеля Великого по крайней мере как атмосфера знания. А за­тем было положено начало к чему-то совершенно иному.

Человечество, по их убеждению, не сразу спустилось с Неба на Землю, а напротив, прошло промежуточную стадию развития через древние времена. И еще в отзвуках тех древних времен самофракийских Мистерий О ДУШЕВНОЙ ЖИЗНИ ЧЕЛОВЕКА 11 страница, желая описать металлы Земли или также другие ее субстанции, как, например, серу или фосфор, описывали, собственно, небо, подобно тому, как описывают рас­тение, когда хотят познать сущность семени. Ведь имея перед собой зерно семени, невозможно познать сущность этого семени без познания растения. Что вы хотите поделать с таким вот семе­нем, если не знаете, например, как выглядит растение? Что хоти­те вы поделать с медью, находящейся в земле, — говорили древ­ние, — если не знаете, как выглядит Венера духовно-душевно-телесно там наверху на Небе.

И из познания неба постепенно, можно сказать, слагалось познание обращения планет, познание атмосферы, в О ДУШЕВНОЙ ЖИЗНИ ЧЕЛОВЕКА 11 страница каковом уже не рассказывалось, когда наблюдали земное, о том, чем были звез­ды в своем сущностном, а при наблюдении существа Земли гово­рилось: там внутри живет, во-первых, то, что мы видим в твер­дом Земли; но затем там внутри живет то, что мы видим в склон­ной к форме капли жидкости; затем внутри живет то, что стре­мится к распространение во все стороны, что воздухообразно, что в человеческом организме, например, живет в дыхании и речи. А затем там внутри живет огненное, которое растворилось в отдель­ных существах таким образом, что из разорванных, разрознен­ных частей может возникнуть О ДУШЕВНОЙ ЖИЗНИ ЧЕЛОВЕКА 11 страница новое. Тут живут элементы в каж­дом земном образовании.

И в то время, как прежде в древних Мистериях люди взирали конечно, также и на космическое, сформированное, однако, в земном солевом, которое они видели в том, что Мать-Земля несла навстречу металлам, они видели меркуриальное во всем том, что исходя из Вселенной, должно стать металлом.

И насколько же это по-детски, когда сегодня люди начинают давать описание того, что еще в средневековье представлялось как Меркурий! Это опять-таки всегда ставится на заднем плане, что Меркурием в Средневековье обозначали что-то, будто бы по­добное ртути, либо вообще какому-нибудь отдельному О ДУШЕВНОЙ ЖИЗНИ ЧЕЛОВЕКА 11 страница металлу. Но это, ведь, вовсе не так. Меркурием является всякий металл, поскольку этот металл стоит под влиянием всего Космоса. Ибо какой была бы медь, если бы Космос на своей периферии так бы действовал на каждый металл? Медь была бы такой же капель­ной, как и ртуть. Каким был бы свинец, если бы действовал толь­ко Космос? Свинец был бы таким же капельным, как и ртуть. Каким было бы олово, если бы действовал только Космос? Олово было бы капельным. Каждый металл, когда бы действовал лишь Космос, был бы ртутью. Все металлы являются Меркурием, поскольку на них действует Космос. А действительная теперешняя О ДУШЕВНОЙ ЖИЗНИ ЧЕЛОВЕКА 11 страница ртуть, которая на Земле принимает форму капли, чем является тогда она? Вот видите ли: другие металлы, скажем, свинец, медь, олово, железо, они произошли из формы капли. Когда вся Земля еще находилась под воздействием сферически-шарообразного Кос­моса, все металлы являлись Меркурием. Они изошли из мерку­риальной формы; они кристаллизовались теперь в другие формы. Собственно, только ртуть в теперешнем смысле осталась на той же ступени.

Как говорили древние и как говорили еще средневековые ал­химики об этой теперешней ртути? Они говорили: медь, олово, железо, свинец являются хорошими металлами, которые прогрес­сировали согласно предопределению; ртуть же является Люцифе­ром среди О ДУШЕВНОЙ ЖИЗНИ ЧЕЛОВЕКА 11 страница металлов, ибо она остановилась на прежней ступени образования. И так было как раз в древние времена, что, говоря таким образом о земном, говорили в действительности о небесном.

Отсюда приходили к тому, чтобы говорить о том, что лежит между окружающим и Землей. Между этим окружающим и Зем­лей лежит именно внизу сама Земля, затем — водный элемент, воздухообразный элемент и огненный элемент. И, следовательно, все, что было на Земле, древние видели в аспекте Неба; таким образом, средние века, завершившиеся только в первой трети четырнадцатого столетия, видели все в аспекте окружения, ат­мосферического. И тут в четырнадцатом, пятнадцатом столетии наступил великий переворот. Тут О ДУШЕВНОЙ ЖИЗНИ ЧЕЛОВЕКА 11 страница человек со всем своим мировоз­зрением совершенно пал на Землю. Тут также и в его сознании раскололись элементы воды, воздуха, огня; они раскололись на серу, углерод, водород. Человек видел все в земном аспекте.

И этим начинается затем время, на которое я уже указывал, когда обсуждал Гибернийские Мистерии: это начинается время, когда человек охватывает землю своим познанием, а небо стано­вится для него математикой. Он вычисляет величину звезд, дви­жение, отдаленность небесных светил и так далее. Небо стано­вится для него абстракцией.

Но не только небо превратилось в абстракцию. Ибо отображе­нием неба в живом человеке является его голова. И что О ДУШЕВНОЙ ЖИЗНИ ЧЕЛОВЕКА 11 страница человек может понять о небе, это живет в его голове. И раз человек о небе познавал только математику, то есть логическое, абстрактное, то и в его голове жило только логически-абстрактное, понятийно-идейное. И, таким образом, отныне не существовало для челове­ка возможности получить и внести спиритуально-духовное в по­нятийно-идейное. А там, где искали Дух, началась великая борьба между тем, чего мог достичь человек со своим идейным содержанием головы, содержанием мозгов, и тем, что Боги хотели от­крыть ему о небе. Самым великим, самым гигантским образом велась эта борьба, в настоящих формах того, что называют О ДУШЕВНОЙ ЖИЗНИ ЧЕЛОВЕКА 11 страница розен­крейцерскими Мистериями средневековья.

Тут бессилие современного человека ощущалось как подго­товление к действительному знанию. Ибо это было уже чем-то, что могло ощущаться как нечто могучее именно в кругах настоя­щей розенкрейцерской инициации. Могучее состояло в том, что для ученика не абстрактно, а внутреннее живо становилось яс­ным следующее: ты, современный человек, можешь проникнуть только в мир понятий. Но тем самым ты теряешь живое существо этой твоей человечности.

И в то время, как ученик чувствовал это, что то, что ему дава­ло как раз новое время, не могло повести его к тому, что являет­ся его собственным существом, этот ученик О ДУШЕВНОЙ ЖИЗНИ ЧЕЛОВЕКА 11 страница чувствовал: ты или должен отчаяться в познании, или должен пройти через некий род умерщвления высокомерия абстракцией. И ученик Розенк­рейцер, подлинный ученик Розенкрейцер, ощущал нечто подоб­ное тому, как если бы учитель давал ему удар в затылок, с тем, чтобы указать, что абстрактное современной головы не пригодно к тому, чтобы вступить в духовные миры, и что ученик должен смочь отказаться от простых абстракций, чтобы вступить в ду­ховный мир.

Это было, собственно, великим подготовительным моментом того, что можно назвать Розенкрейцерским Посвящением.


Тринадцатая лекция

22 декабря 1923 г.

Переход от духа древних мистерий к сущности мистерии средневековья

Сущность Мистерий разных времен была О ДУШЕВНОЙ ЖИЗНИ ЧЕЛОВЕКА 11 страница распространена в различных местностях земли в различных формах, — говорил я вчера. Каждая местность в соответствии с ее населением, ее усло­виями, которые характеризовали эту область Земли, имела осо­бые формы Мистерий. Однако, теперь пришло время, имеющее невероятно большое значение для всей сущности Мистерий. Это есть время, которое наступило в развитии через несколько столе­тий после основания христианства.

Ведь уже из моей книги «Христианство, как мистический факт» можно усмотреть, что то, что произошло на Голгофе, опре­деленным образом подытоживает все, что в различных Мистери­ях было распределено по Земле. Однако, ведь, Мистерия Голгофы отличалась от всех других Мистерий, о которых я рассказывал О ДУШЕВНОЙ ЖИЗНИ ЧЕЛОВЕКА 11 страница вам, тем, что она стоит на исторической арене перед всем миром, в то время как древние Мистерии разыгрывались в сумрачной глубине храмов и посылали в мир свои импульсы из этой сумрач­ной глубины храмов.

Глядя в восточные мистерии, глядя туда в Мистерии, которые я вам описал как переднеазиатские Эфесские Мистерии, глядя в греческие Мистерии (будь то Хтонические или Элевзинские), глядя в Мистерии, о которых я упоминал вчера, в Самофракийские Мистерии, или, наконец, глядя в Мистерии, которые я охаракте­ризовал как Гибернийские Мистерии — всюду мы увидим, как в сумраке глубины храма разыгрывается, собственно, Мистерия и затем свои О ДУШЕВНОЙ ЖИЗНИ ЧЕЛОВЕКА 11 страница импульсы высылает в мир. Кто действительно пони­мает Мистерию Голгофы — ведь ее понимают не через то, что исторически знают сообщения, сохранившиеся о ней, — тот од­новременно постигает в ней и Мистерии, ей предшествовавшие.

Эти Мистерии, которые предшествовали Мистерии Голгофы и в ней достигли высшей точки, — их воздействия на чувства име­ли одну особенность. В Мистериях происходило много трагичес­кого. И кто достигал посвящения в Мистерии, должен был пере­жить страдание, боль. Я ведь часто это охарактеризовывал. Одна­ко в целом все же можно сказать, что до Мистерии Голгофы тот, кто должен был пройти через Посвящения, и внимание которого при подготовлении обращалось на О ДУШЕВНОЙ ЖИЗНИ ЧЕЛОВЕКА 11 страница то, что он должен пройти че­рез разнообразнейшие преодоления, страдания, боли, должен пе­режить трагическое, — все же говорил: Я пройду через весь огонь мира, ибо это ведет в светлую область Духа, в которой видят то, что в обыкновенном человеческом осознании на Земле в опреде­ленную эпоху можно только предчувствовать. Итак, по существу это было тоской, но тоской, которая одновременно была радост­ной, которая охватывала того, кто искал путь к старым Мистери­ям, — конечно, это была серьезная радость, глубокая радость, возвышенная радость, но все же радость.

Тут наступило промежуточное время — в лекциях, которые я прочту в следующие дни О ДУШЕВНОЙ ЖИЗНИ ЧЕЛОВЕКА 11 страница, я охарактеризую эти вещи с историчес­ких точек зрения, — наступил промежуточный период, который, в конце концов, привел к четырнадцатому, пятнадцатому столе­тию, когда, как вы знаете, началась новая эпоха человеческого развития. Прошло промежуточное время. И затем пришло то, что придало совершенно иное настроение в исходном пункте сво­его пути для того, кто искал и познания высших миров. Ведь это действительно так, что, заглядывая в древние Мистерии впослед­ствии через Акаша-хронику, мы находим еще радостные лица, углубленные, но в сущности все же радостные лица. И если опи­сать сцену, которую можно извлечь из Акаша-хроники — напри­мер, сцену Самофракийских Мистерий Кабиров О ДУШЕВНОЙ ЖИЗНИ ЧЕЛОВЕКА 11 страница, то надо было бы сказать: личности, которые вступали во внутреннее храмов Каби­ров, имели многозначительные, углубленные лица, но имели в себе и что-то радостное.

Затем наступил промежуточный период. И затем пришло то, что не имело собственного храма, но все же имело некую мораль­ную установку, как это уже было в древних Мистериях. И затем пришло то, что часто обозначается как розенкрейцерская сущ­ность Средневековья.

Дата добавления: 2015-08-28; просмотров: 2 | Нарушение авторских прав


documentavnmwyj.html
documentavnneir.html
documentavnnlsz.html
documentavnntdh.html
documentavnoanp.html
Документ О ДУШЕВНОЙ ЖИЗНИ ЧЕЛОВЕКА 11 страница